— Почему?

— Завтра на оптовые базы скинут тот же самый товар. Один к одному товар! Чуешь, чем это пахнет?

— Чую.

— Завтра они скинут его на базы, послезавтра он разойдется по магазинам и рынкам. А через два дня придут наши вагоны. Которые уже никому не будут нужны.

— А проценты капают…

— Точно. Проценты капают. А через неделю будут капать втрое.

— Вот гниды!

— И я про то же. А ты — «днем раньше, днем позже»…

— Кто товар будет скидывать?

— Рябой и Старый.

— Кто сказал?

— Хорошие люди. За хорошие бабки.

— Мы же с ними договаривались, что это наш товар.

— Значит, плохо договаривались.

— Но мы им за это две трети «Филипса» отдали!

— Значит, мало отдали.

— Вот же падлы!

— Падлы, не падлы, а сделали нас красиво. Через неделю кредитор деньги потребует, а они у нас в пустом товаре.

— Сумма немаленькая.

— И кредитор серьезный. Не банк какой-нибудь. Этот церемониться не будет.

— Сколько ему надо отдать?

— С процентами — почти полтора «лимона». «Зеленого».

— Таких живых денег мы не найдем.

— Мы и трети таких денег не найдем.

— Что делать будем?

— Откуда я знаю? Можно попытаться договориться.

— С кем договориться? С Рябым? Не смеши.

— Ас кредитором? Может, он отнесет долг. Месяца на полтора. Пока товар рассосется.

— Не будет он ждать. Уговор был — две недели. Потом за каждую просроченную неделю втрое. А нам не то что проценты, самой суммы не взять.

— Похоже, пора потрошить кубышки.

— Кубышки долга не закроют. Тем более что многие не здесь. Пока их оттуда добудешь, время пройдет. А время для нас теперь деньги. Причем такие деньги…

— Так что же делать?

— Магазины надо загонять. «Центральный» и «Аэлиту» тоже.